М. Е. Салтыков-Щедрин и вятская ссылка: быт, работа и любовь

Одним из самых известных вятских ссыльных был Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Писатель и чиновник провел в Вятке не по своей воле долгих 8 лет. Это было сложное и неоднозначное, но крайне важное время в судьбе Салтыкова.

фото 1.jpg
Портрет Салтыкова-Щедрина работы Ивана Крамского

Детство

Михаил Салтыков родился в старой дворянской семье в селе Спас-Угол Калязинского уезда Тверской губернии. Был шестым ребёнком потомственного дворянина Евграфа Васильевича Салтыкова (1776–1851). Первым учителем Салтыкова-Щедрина был крепостной человек его родителей живописец Павел Соколов; потом с ним занимались старшая сестра, священник соседнего села, гувернантка и студент Московской духовной академии. В возрасте 10 лет Салтыков поступил в Московский дворянский институт, а два года спустя был переведён как один из лучших учеников в знаменитый Царскосельский лицей. В августе 1844 г. Салтыков был зачислен на службу в канцелярию военного министра и только через два года получил там первое штатное место — помощника секретаря. Литература уже тогда занимала его гораздо больше, чем служба: он не только много читал, увлекаясь в особенности Жорж Санд и французскими социалистами, но и писал — поначалу небольшие библиографические заметки, напечатанные в журнале «Отечественные записки».

Ссылка за «ерунду»

Судьбоносным в жизни Салтыкова стало знакомство с революционным деятелем М. В. Буташевичем-Петрашевским, с которым Михаил Евграфович учился в Царскосельском лицее. Петрашевский пригласил Салтыкова побывать на своих знаменитых «пятницах» — еженедельных собраниях, на которых обсуждались актуальные политические вопросы. Постепенно Салтыков проникся либеральными идеями и под их влиянием создал повесть «Запутанное дело». Повесть содержала определенную степень вольнодумства, что в период правления Николая I преследовалось жестоко и решительно со стороны царской администрации, на которую сильнейшее впечатление оказала Февральская французская революция. Более того, обстоятельства совпали для Салтыкова крайне неудачно. Важнейшим в судьбе начинающего писателя был разговор, который случился на одном из светских раутов между начальником Салтыкова в военном министерстве А. И. Чернышевым и Николаем I. Император попенял Чернышеву: «И что это твои служащие таким бумагомарательством занимаются?». Несмотря на то, что фраза эта была сказана императором больше в шутку, Чернышев довольно серьезно воспринял эти слова, видимо, посчитав себя публично опозоренным. Впоследствии Чернышев стал одним из тех, кто активно настаивал на том, чтобы Салтыков понес жестокое наказание за свою повесть. Изначально он даже предложил сослать Салтыкова рядовым на Кавказ, но здесь уже Николай одернул Чернышева в излишнем рвении и сказал: «Но ты уж что-то чересчур тут стараешься». Так в 1848 г. Салтыков оказался в Вятке. Интересно, что саму повесть «Запутанное дело» он очень не любил и уже потом, спустя годы, однажды заметил в частной беседе: «И дернул же меня черт написать такую ерунду».

Фото 2-0.jpg
Дом в Вятке на Вознесенской улице, в котором  М. Е. Салтыков проживал во время ссылки.
Начало XX в.

Довольно сносная квартира

Все 8 лет вятской ссылки М. Е. Салтыков-Щедрин провел в одном и том же доме во второй части города на улице Вознесенской. Дом этот был построен в 1848 г. и принадлежал к усадьбе бывшего баварского фабриканта Иоганна Христиана Раша, переписавшегося в Вятке в мещанина. Салтыков арендовал весь дом — четыре комнаты и «людскую» — общей площадью около 120 кв. метров. В период ссылки с ним жили старый слуга («дядька») Платон и молодой камердинер Григорий. В письмах брату Салтыков назвал свое вятское пристанище «довольно сносной квартирой» и отмечал, что живет он достаточно скромно. Любопытно, что посмотреть именно этот дом искавшему жилье Салтыкову-Щедрину посоветовал вятский полицмейстер. Дом находился относительно недалеко от центра и от места службы Михаила Евграфовича, к тому же на тот момент он был абсолютно новым. То, что в доме до этого никто не проживал и он был чистым и опрятным, имело значение для приезжего ссыльного чиновника, родившегося и выросшего в богатой семье. Внутренняя планировка дома до сих пор сохранилась почти без изменений. Одна из комнат — сени; три комнаты занимал Салтыков; далее располагалась кухня и, наконец, людская, где помещались двое крепостных.

Карьерный рост

3 июля 1848 г. Салтыков был зачислен на службу в Вятское губернское правление младшим чиновником, по сути дела, простым писцом. Но уже 12 ноября того же года благодаря ходатайству вятского вице-губернатора Костливцева, товарища Салтыкова по лицею, и петербургских знакомых, молодой 23-летний писатель был утвержден в должности старшего чиновника особых поручений. С 30 мая по 20 августа 1849 г. Салтыков уже правитель канцелярии, а с 5 августа 1850 г. назначен советником вятского губернского правления. Таким образом, Салтыков в достаточно короткие сроки осуществил весьма солидный карьерный рост, по сути дела, он стал третьим человеком во всей губернии по степени влиятельности — после губернатора и вице-губернатора. Салтыков и сам, очевидно, удивлялся своей служебной прыти. В одном из писем брату Д. Е. Салтыкову от 25 марта 1852 г. он сообщал: «…Если бы ты увидал меня теперь, то, конечно, изумился бы моей перемене. Я сделался вполне деловым человеком, и едва ли в целой губернии найдется другой чиновник, которого служебная деятельность была бы для нее полезнее. Это я говорю по совести и без хвастовства, и всем этим я вполне обязан Середе, который поселил во мне ту живую заботливость, то постоянное беспокойство о делах службы, которое ставит их для меня гораздо выше моих собственных…». Действительно, губернатор А. И. Середа хорошо относился к Салтыкову, собственно, как и сменивший начальника губернии на важнейшем посту Н. Н. Семенов.

фото 3.jpg
Здание губернских присутственных мест, в котором работал Салтыков в период Вятской ссылки. Начало XX в.

Работы непочатый край

В Вятке Салтыков много работал и прославился своей энергией и упорством в делах служебных, нетерпимостью к коррупции и мздоимству. На службу он всегда приходил первым, а уходил последним, и даже дома в Вятке обустроил себе кабинет для работы. В письме брату Салтыков сообщал: «Работы такая погибель, что я решительно нередко теряюсь: иногда и желал бы всякое дело обработать совестливо и зрело, но так устаешь, что дело невольно из рук валится. Помощников у меня решительно нет, ибо всякий старается сбыть дело с рук. Весьма замечательно, что я менее всех нахожусь на службе и более всех понимаю дело, несмотря на то, что у меня есть подчиненные, которые по пятнадцати лет обращаются с делами». Салтыков много ездил по губернии, занимался вопросами статистики, ревизии хозяйства и финансов, составлял годовые отчеты Вятской губернии. Их в первой половине XIX в. писали по давнему шаблону. Все местные учреждения в январе присылали донесения о своей деятельности в истекшем году. В губернском правлении накапливались полуметровые «толпы» бумаг. Салтыков критически оценивал достоверность и полноту представленных донесений. Отмечая в них ошибки, он требовал «полной картины деятельности, а не изложения обязанностей», как это делали некоторые исправники и городничие. Кроме хозяйственного отделения, ведал еще и газетным столом (с библиотекой при нем) и типографией. В течение года к Салтыкову поступало более 12 тысяч служебных бумаг и ежедневно отправлялось по 40-50 ответов и распоряжений. В его подчинении работало 19 чиновников, но он часто самостоятельно готовил проекты разных донесений, справок, отношений и лично редактировал все ответственные документы. При расследовании дела о старообрядцах Салтыков познакомился с 74-летним купцом Т. И. Щедриным, чью фамилию позднее взял себе в качестве литературного псевдонима.

Слухи, сплетни и романы

В вятском обществе Салтыков был принят не как опальный бунтарь, а как человек с хорошими средствами (родители его имели более 2000 крестьянских душ), благородного происхождения и блестящего образования, притом как завидный жених для лучших вятских невест. Логично, что на Салтыкова обращали внимание вятские барышни, искавшие его расположения. Впрочем, он и сам, по воспоминаниям мемуаристов, был большим любителем женского пола. Приписывали Салтыкову роман с супругой губернатора А. И. Середы — Натальей Николаевной, женщиной уже весьма солидного возраста. Также в литературе крайне распространенной является точка зрения о бурном романе Салтыкова с супругой врача Н. В. Ионина Софьей Карловной. Ряд авторов даже придерживались мнения о том, что рожденная в 1856 г. С. К. Иониной дочь Лидия на самом деле являлась внебрачным ребенком Салтыкова. Впрочем, многие романы, которые приписывались Салтыкову, в реальности были просто слухами и небылицами. Об этом сам Михаил Евграфович очень ярко сообщал своему брату в одном из писем: «Ты не поверишь (...), какая меня одолевает скука в Вятке. Здесь беспрерывно возникают такие сплетни, такое устроено шпионство и гадости, что подлинно рта нельзя раскрыть, чтобы не рассказали о тебе самые нелепые небылицы… Живут здесь люди одними баснями да сплетнями, от которых порядочному человеку поистине тошно делается...».

фото 4 .jpg
Бюст М. Е. Салтыкова-Щедрина, расположенный в южном корпусе бывших губернских присутственных мест. 2015 г.

Любовь всей жизни

Малоизвестно, но именно в Вятке Салтыков встретил любовь всей своей жизни. Находясь в вятской ссылке, он часто бывал дома у своего непосредственного начальника, вице-губернатора А. П. Болтина. Постепенно они стали друзьями, Михаил Евграфович познакомился с семьей Болтина: женой Екатериной Ивановной и двумя 12-летними дочерьми-близнецами — Елизаветой и Анной. Первоначально ему понравились сразу обе сестры: в одной писатель ценил ум, в другой — красоту. Однако вскоре красота победила: тайно встречаясь с Лизой, писатель серьезно влюбляется. Он называет девушку ласково «Бетси». «То была первая свежая любовь моя, то были первые сладкие тревоги моего сердца!» — писал позже Михаил Евграфович. Роман активно развивается, однако союзу мешает молодость невесты. Салтыков терпеливо ждал, когда Елизавета вырастет, и они поженятся. Однако неожиданно Болтины покидают Вятку и переезжают во Владимир, на место новой службы отца семейства. Салтыков страдает и мучается, так как не может последовать за своей любовью — этого не позволяют условия вятской ссылки.

Недоброжелатели поговаривают, что он тайком пару раз ездил во Владимир к Лизе. Вскоре кончина царя, упрямо державшего Салтыкова в вятской ссылке, позволила Михаилу Евграфовичу увидеть свою возлюбленную. Он просит у матери Ольги Михайловны благословения на брак, однако она наотрез отказалась благословить женитьбу сына на «бесприданнице» Болтиной. Одновременно отец невесты А. П. Болтин предложил Салтыкову взять паузу в отношениях с Лизой на целый год. Если год спустя Салтыков не передумает и Лиза не будет против, то тогда свадьба состоится. Салтыков упорно ждал и в итоге, в июне 1856 г., все-таки добился своего и женился на Елизавете Болтиной. 17 лет у супругов не было детей, только 1 февраля 1872 г. у Салтыковых рождается первенец — сын Костя, а 9 января 1873 г. — дочь Лиза. Несмотря на то, что брак был довольно сложным, прожили Салтыков и Болтина вместе всю жизнь.

фото 5.jpg
Елизавета Болтина в юности.

Вздорный характер

Салтыков был очень сложным человеком, с непростым, крайне тяжелым характером. Об этом очень ярко вспоминала в своих мемуарах Л. Н. Спасская. В частности, характерен такой эпизод: «Мои родители относились к М. Е. более холодно, чем он к ним, по причине его тяжелого характера и многих несимпатичных привычек — и действительно, с ним нужно было иметь неистощимое терпение: приходя по нескольку раз в день, он то и дело ссорился и мирился. Умный, интересный и остроумный собеседник, М. Е. не мог выносить противоречий и в споре терял всякое самообладание и выходил из себя. Сейчас же хватался он за шапку и убегал, бормоча про себя: «Ну и черт с вами! Нога моя больше не будет в этом проклятом доме!» и тому подобное... Но не проходит и полчаса, как смущенная физиономия М. Е. показывается из-за двери, и он спрашивает с виноватой и робкой улыбкой: «Ну что, вы очень на меня сердитесь? Ну, ради Бога, не сердитесь! Простите же меня! Чем я виноват, что у меня такой проклятый характер?»... Конечно, на него не сердились, но такие выходки, беспрестанно повторяясь, страшно надоедали».

Также не раз отмечалась чрезмерная грубость, с которой Салтыков общался со своей прислугой. Он любил приглашать к себе на обеды друзей и часто расстраивался, что многие отвечали отказом. Причиной была как раз манера Салтыкова ругать и бранить своих слуг самыми последними словами с совершенно дикой яростью прямо за обеденным столом. Причем буквально в бешенство приводил Салтыкова любой, даже невинный промах или неловкость слуги. Что касается поведения в гостях, то и здесь Салтыков зачастую вел себя несдержанно. Обладая плохим желудком, он любил покушать и не отказывался от приглашений знакомых вятчан. Л. Н. Спасская вспоминала, что после этих обедов Салтыков по своей привычке заходил ежедневно в дом к Иониным, а так как, съев лишнего, он чувствовал себя всегда нехорошо, то начинал жестоко критиковать обеды и бранить угощавших его хозяев. Любил Салтыков и карточные игры, за игральным столом вел себя также вздорно и буйно, как зачастую и в обычной жизни.

фото 6-1.jpg
Дом в Вятке на Вознесенской улице, в котором М. Е. Салтыков проживал во время ссылки.
2015 г.

Освобождение

В течение 8-летней ссылки Салтыков не раз подавал прошения об освобождении, но каждый раз они отклонялись. 18 февраля 1855 г. скончался император Николай I, появилась реальная надежда на изменения не только в жизни вятского ссыльного, но и в целом — в судьбе России. К тому же помог Салтыкову и счастливый случай. Осенью 1855 г. в Вятку по делам ополчения приезжает генерал-адъютант П. П. Ланской, двоюродный брат нового министра внутренних дел, с женою Натальей Николаевной (в первом браке Пушкиной, урожденной Гончаровой). Познакомившись с Салтыковым и войдя в его положение, Ланской принял «живейшее участие» в его положении и 13 октября отправил в Петербург официальное представление об освобождении Салтыкова, подкрепив свою просьбу частными письмами брату-министру и управляющему III Отделением Дубельту. Ровно через месяц министр внутренних дел С. С. Ланской извещает вятского губернатора о том, что император Александр II «высочайше повелеть соизволил: дозволить Салтыкову проживать и служить, где пожелает». 29 ноября с Салтыкова снят полицейский надзор, а 24 декабря, сдав дела и распродав, а частью бросив свое имущество, он навсегда покидает Вятку.

Фото: ru.wikipedia.org, ГАКО, С. Суворов, А. Касанов