Учитель Гоголя в вятской ссылке

Казимир Варфоломеевич Шапалинский родился в 1776 г. в бедной дворянской семье в Вилькомирском уезде Виленской губернии. Образование получил в уездном училище и виленской гимназии, поступил там в университет. В 1815 г. окончил Петербургский педагогический институт и получил место учителя естественных наук сначала в могилевской, а затем в киевской гимназии. С ноября 1820 г. был назначен профессором Нежинской гимназии высших наук князя Безбородко.

фото 1-1.jpg
Нежинская гимназия высших наук. Акварель О. Б. Визеля. 1830-е

В гимназии Шапалинский работал  старшим профессором физико-математических и естественных наук. Ученик его, впоследствии известный профессор П. Г. Редкий, рассказывал: «Он горячо любил и очень хорошо знал преподаваемые им предметы и излагал их с краткою, но ясною сжатостью, с увлечением, умея заохочивать к их изучению тех из учеников, в которых пылала искра преданности к науке». Именно в Нежинской гимназии семь лет (1821–1828 гг.) учился в будущем известный писатель Н. В. Гоголь. В аттестате об окончании учебного заведения Шапалинский оценил успехи Гоголя по физике и началам химии как хорошие, а по естественной истории как превосходные.

В 1826–1827 гг. Шапалинский исполнял обязанности директора гимназии. В этот же период времени, летом 1827 г.,  в учебном заведении случился громкий скандал – т. н. «дело о вольнодумстве». Профессор политических и юридических наук Н. Г. Белоусов в своих лекциях критиковал царскую власть и призывал к уничтожению монархии, многие высказанные им идеи перекликались с идеологией декабризма и мыслями Радищева. Шапалинский поддерживал Белоусова и старался защищать его от доносов реакционной части преподавательского состава. Гоголь вместе с прогрессивной гимназической молодежью тоже был на стороне Белоусова и пытался его поддерживать.  Ненавидя «иго школьного педантизма», виновниками которого была реакционная часть профессуры, Гоголь жадно впитывал в себя передовые политические идеи, горячо и самоотверженно пропагандировавшиеся профессорами Белоусовым и Шапалинским. Эти идеи оставили несомненный след в его сознании, помогли ему определить свое критическое отношение ко многим явлениям феодально-крепостнической действительности России, дали верное направление его художественной мысли. «Дело о вольнодумстве» длилось до 1830 г., для Шапалинского оно закончилось бессрочной ссылкой в Вятку «за вредное на юношество влияние» и запретом на преподавательскую и научную деятельность в любой губернии России.

фото 2.jpg
Доходный дом Дмитрия Матанцева. 2015 г.

В Вятку Шапалинский прибыл в марте 1831 г. Здесь он жил в крайней нужде, совсем без денег, часто болел. Лишь после долгой переписки ему назначили пособие – около 20 рублей в месяц, из них 5 рублей он тратил на квартиру. Жил Шапалинский в доходном доме мещанина Дмитрия Матанцева на углу Вознесенской и Раздерихинской улиц (современный адрес: ул. Ленина / Труда, 41/19). Дом был пристанищем для ссыльных поляков, канцеляристов, приказчиков, искателей мест. В этом доме Шапалинский жил весь период вятской ссылки.

В 1836 г. Шапалинский наконец нашел себе работу – его приняли на службу в губернское правление, поручили наблюдение за типографией и архивом. В 1837 г., когда Шапалинский руководил губернской типографией, она выпустила знаменитую речь А. И. Герцена, которую Александр Иванович произнес на открытии вятской публичной библиотеки.  Таким образом, первое литературное издания в Вятке (до этого типография печатала лишь официальные бумаги) появилась именно благодаря стараниям Шапалинского. Кстати, с Герценым у ссыльного поляка  установились теплые дружеские отношения. Позже Александр Иванович часто вспоминал Шапалинского, упоминания о своих вятских друзьях.

фото 3-1.jpg
Н. В  Гоголь – ученик Казимира Шапалинского

Тем временем, служба Шапалинского продолжалась: в начале 1840-х гг. он работает окружным начальником в Яранске, с 1843 г. – заседателем вятской палаты гражданских и уголовных дел с мизерным жалованием – 439 рублей в год. В этот период времени у Шапалинского возникают серьезные проблемы со здоровьем. Однажды он обратился к губернатору с просьбой отпустить его в Слободской за медицинским пособием к штаб-лекарю Юргевичу, у которого Шапалинский обычно лечился. Но поездку разрешили далеко не сразу и то под полицейским конвоем. Надзор за ссыльным поляком был крайне строгим и продолжался вплоть до самой смерти Николая I, поэтому Шапалинскому приходилось держаться подальше от многих людей и ограничивать свою переписку.

В Вятке Шапалинский не терял связи со своим учеником – Николаем Гоголем. Существовала легенда, что прототипом героя гоголевских «Мертвых душ» Чичикова был секретарь вятской провинциальной канцелярии Аверкий Перминов, который тоже пытался провести аферу с «ревизскими списками», но поплатился за это своей высокой чиновничьей должностью. В пользу подлинности этой легенды часто приводился именно факт нахождения в вятской ссылке Казимира Шапалинского, который вполне мог рассказать Николаю Васильевичу об этой истории. Впрочем, как известно, у Чичикова было много прототипов, ведь аферы с ревизскими душами являлись нередким явлением в первой половине XIX века. Так или иначе, Шапалинский поддерживал отношения и Гоголем, и с Герценым, отмечая литературные таланты и того и другого.

фото 4-1.jpg
Дом Аверкия Перминова. Начало XX в.

Шапалинский состоял заседателем судебной палаты до самой смерти в 1867 г. Работать ему приходилось отнюдь не по своей воле, а по крайней нужде. Он заканчивал свою жизнь в нищете и одиночестве, рано овдовев, Шапалинский не имел детей. При этом только в 1855 г. с Шапалинского был снят полицейский надзор. Тем не менее, даже в ссылке, в крайней бедности и под полицейским прессингом учитель Гоголя и добрый друг Герцена сумел оставить значимый культурный след в жизни Вятки и Росси в целом. Благодарные ученики-лицеисты Шапалинского на долгие годы пронесли с собой любовь и уважение к Казимиру Варфоломеевичу. Дом, в котором он жил, до сих пор стоит, однако находится в плохом физическом состоянии.

Фото: Никита Черный, coollib.com, feb-web.ru