Григорий Булатов: герои не умирают

Одним из наиболее дискуссионных в отечественной историографии является вопрос о том, кто же первый ворвался в Рейхстаг и поднял над ним красное знамя весной 1945 года? После отхода от концепций советского идеологического фундамента, ввода в научный оборот новых источников и проведения ряда фундаментальных исследований, стало очевидно, что имена многих героев взятия Рейхстага долгое время не просто были в тени, а сознательно отводились на второй план. Современные исследователи рассматриваемой проблемы доказали, что в действительности первое красное знамя появилось на Рейхстаге в 14 часов 25 минут 30 апреля 1945 г. Закрепил знамя на сбруе коня скульптурной группы Вильгельма I 19-летний разведчик Григорий Булатов. К сожалению, подвиг Булатова не принес ему ни славы, ни почета, а ровным счетом наоборот – Булатов был забыт и предан забвению, вся его жизнь разделилась на «до» и «после» водружения алого знамени. Сегодня хотелось бы вернуться к непростой судьбе героя и рассмотреть, как сложилась жизнь знаменосца Победы.

Григорий Булатов родился в 1926 г. в деревне Черкасово Свердловской области в семье рабочих. В начале 1930-х г, когда Булатову едва исполнилось 4 года, семья переехала из Кунгура Свердловской области в город Слободской Кировской области. С восьми лет Григорий учился в средней школе, после начала Великой Отечественной войны работал на фанерном комбинате «Красный якорь». В 16 лет, узнав о гибели отца Петра Григорьевича, пытался попасть добровольцем на фронт, однако получил отказ. От военкомата прошел обучение и получил права шофера. В июне 1943 года 17-летний Булатов сбежал из дома и с эшелоном лошадей, направленных на фронт, добрался до Великих Лук, где был зачислен стрелком в 150-ую дивизию.  Первое боевое крещение получил в бою за высоту 228, 4. От роты, в которой служил Булатов, осталось в живых только 12 человек. Проявив храбрость и смекалку, был переведён в разведвзвод 674-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии 3-й Ударной армии 1-го Белорусского фронта под командование лейтенанта Семёна Сорокина. В июне 1943 г. Булатов берет в плен ценного языка и получает уже вторую медаль «За отвагу». К апрелю 1945 г. это уже опытный разведчик, награжденный помимо двух медалей орденом Славы III степени.  

Ключевым моментом в истории Григория Булатова стало взятие Рейхстага и водружение над ним красного знамени как символа Победы. Известно, что десятки штурмовых групп продвигались к Рейхстагу с разных направлений и в разное время. В 3-й Ударной армии только официальных знамен, предназначенных для водружения над Рейхстагом, было девять, при этом были еще и самодельные,  которые солдаты и офицеры делали по собственной инициативе. По распространенной в советской историографии версии первыми знамя установили М. Егоров и М. Кантария. Сделали они это около 3 часов ночи 1 мая, именно водруженный ими флаг вошел в историю как Знамя Победы.  Долгое время данная концепция тщательно оберегалась от любых иных интерпретаций, не смотря на ряд очевидных противоречий и нестыковок. Однако из документов, опубликованных в постсоветский период и, в частности, кандидатами исторических наук Б. Асановым и Д. Олейниковым, очевидно, что первым ворвался в Рейхстаг и поднял красное знамя именно Булатов вместе с другими бойцами разведвзвода. При этом «днем 30 апреля в 14-25, никаких других красных полотнищ до германского парламента не донесли и… только глубоко вечером взятый (хоть и не зачищенный) рейхстаг буквально расцвел кумачом».

фото 1-1.jpg
Григорий Булатов на фоне поверженного рейхстага

Дискуссия о приоритете в установке флага началась фактически сразу после взятия Рейхстага. Булатов был молод, горяч и едва ли понимал сложность идеологического окраса этой истории, выводящей на передний план интернациональный мотив подвига дружбы грузинского и русского солдат. Когда на одном из совещаний участников штурма попытались убедить знаменосцев 674-го полка в приоритете их коллег 756 -го полка, Булатов обратился к командиру дивизии: «Товарищ генерал! Прикажите переиграть бой сначала! Мы докажем полковнику Зинченко, кто первый прорвался в рейхстаг и водрузил знамя!». За совершённый подвиг Булатов был представлен к званию Героя Советского Союза, но награждён был только орденом Красного Знамени. В родном для Булатова Слободском знали о его выдающемся поступке и ждали встречи с ним. Однако в результате драматических событий, обстоятельства которых до сих пор детально не изучены, Булатов оказался на 1,5 года осужденным. Друг Булатова Виктор Шуклин так описывает этот эпизод: «Гриша был доставлен на прием к Сталину. Разговор был кратким и без свидетелей: «Товарищ Булатов! Вы совершили героический поступок и поэтому достойны звания Героя Советского Союза и «Золотой Звезды», но на сегодняшний день обстоятельства требуют, чтобы на вашем месте были другие люди. Вы должны забыть, что совершили подвиг. Пройдет время, и Вас дважды наградят «Золотой Звездой». После этого Булатову предложили отдохнуть, отправили на правительственную  дачу, где произошла инсценировка попытки изнасилования Булатовым горничной. Ветеран слободского ОВД В. А. Ситников утверждал, что при личной встрече с Булатовым Сталин якобы заявил: «люди должны знать, что Знамя Победы установили русский и грузин», это и была причина, по которой Булатова фактически изолировали от общества, а его имя предали забвению.

До сего момента не существует документальных источников о нахождении Булатова в лагере. Большинство историков считают, что это была попытка его дискредитации, так как «сидевший» едва ли мог претендовать в сознании широких народных масс на статус героя. Через 2 года, без суда и следствия Булатов был выпущен из тюрьмы, где ему были сделаны татуировки «вора в законе и авторитета». Только в конце 1946 г. Григорий вернулся на службу, отправлен в Берлин с условием, что в течение 20 лет он не будет подвергать ревизии официальную в версии истории с водружением флага на Рейхстаг.

Вернуться в Слободской Булатов смог лишь в 1949 г.. Снова стал работать на фанерном комбинате «Красный якорь». На расспросы о боях за Берлин отвечал неохотно, долгое время скрывал свой подвиг.  Знакомые Булатова утверждали, будто, однажды на семейном застолье, выпив, Булатов рассказывал сквозь слезы, как устанавливал знамя: «Я был самый молодой и маленький, меня подсадили, так как я легче всех был, и я укрепил знамя…».

В 1957 г. Булатов решил переехать в Коми АССР работать мастером буровых работ. Одной из причин смены места жительства было и то обстоятельство, что, Булатова «раздражало, что каждый раз, когда какие-либо корреспонденты, руководители того или иного уровня просили рассказать об его участии в  водружении знамени на рейхстаг, приходилось лгать». Первые годы после демобилизации Булатов, все еще надеясь, что руководство разберется в его деле и правда восторжествует, ведет активный образ жизни, принимает участие в работе заводского драмкружка, в 1962 г. становится кандидатом в члены КПСС. Но постепенно он начинает все больше замыкаться в себе, часто меняет места работы, не может найти гармонии в личной жизни и понимания у окружающих людей. В какой-то момент отдушину Булатов находит в поездках в отдаленную слободскую деревню, где жил участник Войны, бывший капитан, слепой инвалид Григорий Вылегжанин. Когда они встречались, то любили читать стихи и даже соревновались, кто больше прочтет наизусть.

Однако увлечение поэзией было временным, и свое горе Булатов начинает все больше «заливать» алкоголем. В 60-е – начале 70-х гг. он становится завсегдатаем Слободских пивных, где за частые рассказы о своем фронтовом прошлом получает прозвище «Гришка-рейхстаг». В официальных мероприятиях, приуроченных к годовщинам Победы, участие Булатов принимал неохотно, часто игнорировал их. Своему другу Рахимджану Кошкарбаеву Булатов писал «Невыносимо, Рахимджан, когда ко Дню Победы тебе поручают выступить перед трудящимися, а кто-то с места кричит: «Если ты водрузил знамя на стене Рейхстага, то почему у тебя нет Золотой Звезды?».

фото 2.jpg

Памятник Григорию Булатову в Кирове (фото gorodkirov.ru)

В 1968 г. накануне очередного дня Победы в Слободской приехал Герой Советского Союза В. М. Шатилов, однако встретиться с Булатовым ему не удалось, так как в этот период он отбывал тюремный срок в учреждении ОИТУ УВД Кировской области в г. Кирово-Чепецке. Шатилов принял решение ехать в колонию, и результатом его действий стало досрочное освобождение Булатова 22 мая. В 1970 г. Булатов был осужден повторно, но снова освобожден условно-досрочно. Все правонарушения были совершены Булатовым в состоянии алкогольного опьянения. Выйдя на свободу, Булатов купил билет до Москвы, чтобы встретиться с однополчанами. Но на столичном вокзале вместо паспорта показав милиционеру справку об освобождении, был посажен в вагон и отправлен обратно в Кировскую область. Эта история, безусловно, крайне негативно сказалась на эмоциональном состоянии Булатова, уставшего от непонимания и жестокости окружающей реальности.

Всю жизнь Булатов мечтал о том, что его подвиг не будет забыт, ведь фактически Григорий Булатов на 20 лет исчез из истории Великой Отечественной войны. В рассказе о знаменосцах Победы за авторством  Игоря Клямкина в 1964 г. в «Комсомольской правде» констатировалось «К сожалению, до сих пор неизвестна судьба других знаменосцев из разных частей... рядового Булатова из 674-го стрелкового полка». Особые надежды Булатов возлагал на 20-летие со дня Победы. Необходимо отметить, что подобным же образом были настроены и другие очевидцы событий 30 апреля 1945 г., однополчане Булатова, разведчики лейтенанта Сорокина.  Бывший командир 674-го полка Алексей Плеходанов, пытаясь добиться справедливости, в 1966 г. разослал по центральным газетам статью «Как свершилась афера века», которая так и не была опубликована. В октябре 1967 года непризнанные герои штурма Рейхстага, устав натыкаться на стену молчания официальных органов печати, выпустили самиздатовский сборник своих воспоминаний, копии которого передали в Верховный Совет СССР, Союз писателей СССР и Институт военной истории Министерства обороны.

Однако, не смотря на все усилия, никакой ревизии официальная версия так и не была подвергнута.  При этом каждый раз в День Победы в кадрах исторической кинохроники Булатов видел себя и своих товарищей, а имена назывались иные. Но в кинохронике Р. Кармена, и на кадрах фотографов И. Шагина и Я. Рюмкина фигурировала именно группа лейтенанта С. Сорокина и молодой разведчик Григорий Булатов был на переднем плане. Именно их, героев, снимали фото и кинорепортеры 2 мая 1945 г. Примечательно, что это был единственный день для съемок, вскоре рейхстаг передали в английскую зону оккупации, а других исторических кадров, с «правильными» героями, создать было уже фактически невозможно.

Григорий Булатов так и не дождался признания своего подвига, погибнув в возрасте 47 лет. 19 апреля 1973 г. Булатов совершил самоубийство: его нашли повешенным в заводском туалете. Это произошло за десять дней до очередной годовщины штурма рейхстага и накануне выхода в свет книги М. П. Сбойчакова «Они брали Рейхстаг», где события 30 апреля 1945 г. преподносились совсем в ином ключе, чем в официальном изложении. Существует также версия о намеренном убийстве Булатова, которая подтверждается показаниями ряда свидетелей, видевших двух подозрительных мужчин в штатском, искавших Григория. Его жена Римма Андреевна вспоминала, что в ночь перед самоубийством он «не спал и постоянно ворочался на боку…ничего не говорил, но было понятно, что чем-то обеспокоен»

Люди, которые знали Булатова, отзывались о нем как о смелом и решительном человеке. Эти качества, безусловно, пригодились на Войне, но и в мирной жизни они тоже ценились особо. Известен случай, когда Булатов увидел,  как на реке катер потащил его товарища Николая Карпова по течению, бросился в ледяную воду и спас человека.  Коллега Булатова по работе на слободском спиртоводочном заводе Иван Волков отмечал, что Булатов был «парень-ухабака, именно такие как он, только и могли быть настоящими разведчиками. Они и совершали подвиги». Напарник Булатова по работе на сплаве Н. А. Полушкин рассказывал, что иногда делал Григорию замечания: работа была опасная и существовала реальная возможность утонуть. Но на это Булатов отвечал: «Герои не умирают!». Он считал себя героем и действительно являлся таковым, не смотря на то, что звания Героя Советского Союза так и не получил. К сожалению, Булатов стал во многом забытым, потерянным, недооцененным героем.